Что пошло не так?Наиболее заметное расхождение в реализации, казалось бы, общего курса внешней политики выявила
кампания вмешательства в гражданскую войну в Йемене. Саудовская Аравия в этом конфликте отвечала скорее за реагирование на геополитические вызовы, противостоя мятежному движению хуситов, получающему поддержку из Ирана, в то время как эмиратцы методично устанавливали свой контроль над несколькими геостратегически важными йеменскими территориями такими как порт Моха (Мокка), острова Перим (Маюн) и Сокотра. Сегодня они, де-факто,
контролируют Баб-эль-Мандебский пролив, являющийся одной из наиболее загруженных транспортно-логистических артерий в мире, по которой осуществляется значимая часть мировой торговли.
В отношении
поведения на мировом рынке углеводородов с недавнего времени между союзниками также наблюдается серьезный раскол, происходящий главным образом в рамках функционирования ОПЕК+. До сих пор памятна ситуация лета 2021 г., когда в связи с требованием ОАЭ увеличить ее национальную квоту не удавалось достигнуть новой сделки в рамках этого формата. Тогда Абу-Даби смог добиться уступок, саботируя работу координационной площадки, однако увеличение индивидуальной квоты
не умерило аппетиты экономического гиганта Залива. Осенью 2022 г. эмиратское руководство вновь негативно отнеслось к решению ОПЕК+ сократить добычу на 2 млн б/с., инициаторами которого выступили, прежде всего, Саудовская Аравия и Россия. По некоторым оценкам, ОАЭ теряют
50 млрд долларов альтернативными издержками, мирясь с политикой ОПЕК+. Новые условия этого года также не сулят изменений в позиции сторон, а значит не стоит надеяться на легкое разрешение противоречий. Уже не редкими стали слухи об обсуждении внутри эмиратской элиты
вопроса о выходе из этого объединения.Разночтения затрагивают, по убеждению WSJ, и сферу туризма на полуострове, где саудовцы всеми силами стремятся перехватить “пальму первенства” у соседей; и в желании “страны Двух Благородных Святынь” занять место
финансового и экономического центра в регионе, настоятельно склоняя компании к переносу штаб-квартир в Эр-Рияд. Существует еще целый ряд направлений, в которых можно заметить если не открытое противостояние, то имплицитные расхождения или конкуренцию двух держав. Страсти в области противопоставления потенциалов мягкой силы, в частности, касаются даже английского футбола, где конкурирует контролируемый саудовской королевской семьей “Newcastle United” со знаменитым “Manchester City”, находящимся во владении правящей семьи ОАЭ.
Герменевтика ближневосточной политикиПроцесс постепенного накопления противоречий между некогда непоколебимыми союзниками явственно демонстрирует
трансформацию Ближнего Востока в его качестве региональной системы международных отношений. Квалифицировать наблюдаемый процесс можно в терминах
укрепления полицентричности в регионе, а дополнить такую интерпретацию приемлемо замечанием об окончательном переходе Эр-Рияда и Абу-Даби из
государств периферии в зону полупериферии по И. Валерстайну. Несомненно, подобные изменения не были неожиданными и стали результатом не одного года последовательного превращения обеих держав в мощных ближневосточных игроков.